GenPhysRambler's Top100 Кафедра общей физики
физфака МГУ
 
Разделы
О кафедре>>
Новости
Младшие курсы
Бакалавры
Магистры
Общий физический практикум
Научная работа
Сотрудники
Информация для преподавателей
Аспиранты
Диссертации
Публикации
Премии
Фотогалерея
Дипломные работы
Контакты
Студенческая олимпиада по физике
Кафедра общей физики - школе
Физфак
Кафедры
Летняя школа
МГУ
Факультеты
 

Создание кафедры общей физики и её первый заведующий
Сергей Иванович Вавилов

 

Днем основания кафедры общей физики считается 22 октября 1930 г. Первым заведующим кафедрой и физическим практикумом был назначен профессор Сергей Иванович Вавилов (будущий академик, президент АН СССР, четырежды лауреат Сталинской премии).

В МГУ еще до создания отдельного физического факультета  предпринимались попытки повысить уровень физического образования выпускаемых из университета студентов. Естественным шагом в этом направлении было совершенствование учебного процесса на первых двух курсах, когда у студентов закладывается фундамент знаний в области физики и математики. В связи с этим следовало обратить особое внимание на уровень преподавания общего курса физики и приближении цикла математических дисциплин к решению физических задач. Последняя проблема со временем очень успешно была решена профессором А.Н. Тихоновым (впоследствии академиком и с 1939 г. заведующим кафедрой математики).

Что же касается общего курса физики, то его читали различные профессора (причем каждый по-своему), имевшие, как правило, в своем распоряжении кабинет физических демонстраций, который непрерывно пополнялся и совершенствовался. Важным событием стало создание в начале ХХ века учеником А.Г. Столетова профессором А.П. Соколовым общего физического практикума для студентов первых двух курсов. Однако на физико-математическом факультете не существовало самостоятельной кафедры общей физики, поэтому отсутствовал единый центр методической работы по общему курсу, отсутствовала единая программа курса, не разрабатывались вопросы связи лекций, семинарных занятий и выполнения студентами лабораторных работ в общем физическом практикуме. Никто не заботился о выработке единых требований, предъявляемых к студентам на зачетах и экзаменах. Все это сильно снижало уровень преподавания общей физики и делало его непомерно зависящим от уровня самого преподавателя и его физических пристрастий.

И вот, наконец, в 1930 г. состоялось решение о создании на физико-механическом факультете кафедры общей физики. К сожалению, точная дата этого события до сих пор неизвестна. Существует приказ №166 по МГУ, в котором стоит дата 22 октября 1930 г. Вместе с тем, в изданной к 250-летию МГУ «Летописи Московского университета (1755-2004)» говорится, что 21 августа 1930 г. «созданы физико-механический и биологический факультеты на базе бывшего физико-математического факультета»*. Далее перечисляются его кафедры, среди которых фигурирует и кафедра общей физики. Этим приказом заведующим кафедрой общей физики был назначен профессор С.И. Вавилов, который и является создателем кафедры общей физики в МГУ.

Сергей Иванович Вавилов родился 12 (24) марта 1891 г. в Москве, в семье богатого купца I гильдии И.И. Вавилова. В июне 1900 г. он успешно окончил Московское Коммерческое училище, где не преподавался латинский язык, знание которого было необходимо для поступления в Московский университет. Зная это, Сережа заранее начал самостоятельно изучать латынь и за один год освоил шестилетнюю программу по латинскому языку и сдал соответствующий экзамен. Причем здесь он достиг большого совершенства. Хорошее знание латинского языка дало Вавилову возможность впоследствии  свободно читать в оригинале и переводить на русский язык классические произведения М.В. Ломоносова и И. Ньютона.

Осенью 1909 г. С.И. Вавилов стал студентом физико-математического факультета Московского Императорского университета. Уже на втором курсе Сергею Ивановичу посчастливилось познакомиться с Петром Николаевичем Лебедевым и начать работать в его лаборатории под непосредственным руководством помощника и близкого друга П.Н. Лебедева, будущего академика П.П. Лазарева.

В мае 1914 г., блестяще сдав выпускные экзамены, С.И. Вавилов окончил университет с дипломом первой степени. Этот диплом, а также оригинальное исследование по тепловому выцветанию красителей, сразу получившее высокую оценку, открыли перед Вавиловым перспективы продолжения работы в университете. Он получил предложение остаться в нем «для подготовки к профессорскому званию», что соответствовало современной аспирантуре. После печально известных событий 1911 года, когда из университета было уволено около 130 преподавателей, ощущалась острая нехватка специалистов. Однако Вавилов демонстративно отказался от сделанного ему предложения, не желая работать там, где, по его выражению, «вместо профессоров стали выступать полицейские приставы» и откуда в знак протеста ушли его учителя П.Н. Лебедев и П.П. Лазарев.

Покинув университет, Вавилов в соответствии с законом должен был отбывать воинскую повинность. В июне 1914 г. он был призван в армию, а через два месяца началась первая мировая война. На фронте Вавилов находился все четыре года войны. Он служил сначала рядовым, потом ефрейтором, затем младшим, а далее старшим унтер-офицером. В 1916 г., после сдачи соответствующих экзаменов, ему было присвоено звание прапорщика инженерных войск. Сергей Иванович воевал на Западном и Северо-западном фронтах. Он с боями прошел Галицию, Польшу и Литву. Не раз вел саперные работы непосредственно под огнем противника.

Провоевав более года в саперных подразделениях, Вавилов был переведен в радиодивизион Особой армии. Он был назначен помощником командира радиодивизиона по технической части и получил в свое распоряжение полевую радиостанцию. Вавилов воспользовался сложившейся ситуацией и провел научные исследования, имеющие большое практическое значение. Им был предложен экспериментальный метод пеленгации вражеских радиостанций.

В феврале 1918 г. четырехлетние скитания Сергея Ивановича по фронтовым дорогам прекратились. Он был демобилизован и получил возможность возвратиться в Москву.

После разгрома университета в 1911 г., Н.А. Умов выступил с инициативой создания Общества Московского научного института и при нем Московского научного института, не зависимого от властей и финансируемого за счет пожертвований частных лиц. Вскоре эту идею удалось реализовать – общество было создано. Рассчитывая на помощь общества, Лебедев и Лазарев разработали проект института для физических исследований. Осуществить этот проект удалось лишь в январе 1917 г., через пять лет после смерти Лебедева. Его директором стал П.П. Лазарев, избранный в марте 1917 г. академиком.

В 1919 г. физический институт был передан в ведение Народного комиссариата здравоохранения РСФСР. Затем его переименовали в Институт биологической физики, и, наконец, в 1929 г. он получил название Института физики и биофизики. Сюда Лазарев и пригласил на работу своего демобилизованного из армии ученика.

Вскоре в институт поступили работать и другие лебедевские ученики, вернувшиеся, как и Вавилов, с фронта. Это были Б.В. Ильин, С.Н. Ржевкин и несколько позднее П.Н. Беликов.

В Институте физики и биофизики С.И. Вавилов начал цикл своих классических исследований по квантовым флуктуациям света, стремясь подтвердить его квантовую природу. Здесь же в 1920 г. Вавилов, вместе со своим, по словам академика В.В. Шулейкина, «неизменным спутником в науке» В.Л. Лёвшиным, начал изучение совершенно новой области физики – люминесценции, которая находилась в центре внимания Сергея Ивановича на протяжении всей его жизни. Их совместными усилиями были установлены многие основные закономерности этого загадочного свечения и заложены основы учения о люминесценции. Так ими были открыты основные поляризационные свойства люминесценции. Вавилов ввел в науку новые понятия «поляризационные спектры» и «поляризационные диаграммы», а Лёвшин построил теорию поляризованной люминесценции (формулы Лёвшина-Перрена). Вавилову и Лёвшину принадлежит также честь установления в 1926 г. первого нелинейного оптического эффекта – уменьшение поглощения света урановым стеклом с ростом интенсивности излучения. Этот эффект заложил первый камень в фундамент новой, чрезвычайно бурно развивающейся науки – нелинейной оптики – раздела оптики, связанного с изучением и применением явлений, обусловленных нелинейным откликом вещества на действие светового поля. Наконец, ими  было установлено, что при охлаждении вещества в нем одновременно существуют кратковременное (флуоресценция) и длительное (фосфоресценция) свечение, а не происходит переход первого во второе, как это считалось ранее.

В 1927 г. С.И. Вавилов установил зависимость выхода люминесценции от длины волны возбуждающего света (закон Вавилова), который является одной из основных закономерностей молекулярной люминесценции. Им же были разработаны два метода определения абсолютной величины выхода свечения. Наконец, в 1924 г. Сергей Иванович подробно изучил явление концентрационного тушения люминесценции на примере растворов красителей. Эти работы имели впоследствии важное значение для установления природы молекулярных взаимодействий в концентрированных растворах сложных органических веществ.

В 1918 г., практически одновременно с началом работы в Институте физики и биофизики, Сергей Иванович начал свою педагогическую деятельность. Директор института и его учитель П.П. Лазарев уже давно (с 1912 г.) работал по совместительству профессором Московского высшего технического училища (МВТУ). Петр Петрович предложил Вавилову место преподавателя на своей кафедре. Сергей Иванович начал ассистировать на лекциях по физике и вести занятия в общем физическом практикуме. Этот практикум был очень бедным и Вавилов принял деятельное участие в его полной модернизации. Он поставил ряд новых задач и составил к ним описания.

Спустя несколько лет С.И. Вавилов стал профессором МВТУ по кафедрам физики и теоретической светотехники. До 1927 г. он читал там два соответствующих курса. Одновременно он руководил работой дипломников, специализирующихся по светотехнике. Одна из этих работ, посвященная изучению возможностей использования ультрафиолетового излучения ртутных ламп для получения видимого света при помощи люминесцирующих веществ, положила начало исследованиям, приведшим к созданию новых источников света – люминесцентных ламп (Сталинская премия, 1951 г.).

С осени 1920 г. свою работу в МВТУ Сергей Иванович начал совмещать с преподаванием в Московском высшем зоотехническом институте. Этот институт был создан в том же 1920 г. на базе Сельскохозяйственной школы, бывшей в то время средним учебным заведением. Уровень преподавания физики здесь был очень низким, а физический кабинет нового института мало чем отличался от обычных школьных физических кабинетов и совершенно не соответствовал вузовскому курсу общей физики. К тому же в институте отсутствовала должность лекционного ассистента, и лекторам самим приходилось готовить необходимые демонстрации.

К своей работе в Зоотехническом институте Вавилов относился очень серьезно. Став там профессором и заведующим кафедрой, он не мог мириться с существующим положением дел. К преподаванию в институте он сразу же привлек В.Л. Лёвшина. Вместе они многое сделали для того, чтобы поднять уровень знаний студентов. В своих лекциях Вавилов старался знакомить студентов с последними достижениями физики.

Отправившись в Берлинский университет на стажировку к известному немецкому физику П. Прингсгейму, Вавилов писал Лёвшину: «Я присутствовал раза три на экзаменах медиков (экзаменовал Прингсгейм). Отвечают они примерно в зоотехническом стиле, такие же недотепы».

Наибольшее значение имела педагогическая деятельность Вавилова сначала на физико-математическом, а затем, после его преобразования в 1930 г., на физическом отделении Московского университета. Кстати, Сергей Иванович был одним из тех, кто особенно энергично ратовал за создание самостоятельного физического факультета в МГУ.

Вскоре после демобилизации из армии (1918 г.), параллельно с работой в МВТУ, С.И. Вавилов начал преподавание в Московском университете. Первое время он был рядовым преподавателем в общем физическом практикуме. Однако уже весной 1919 г. Вавилов прочел пробную лекцию и сдал три магистерских экзамена по экспериментальной и теоретической физике, а также по физической химии. В результате он получил должность приват-доцента и начал читать лекционные курсы сначала по фотохимии, а затем по абсорбции и дисперсии света. Эти курсы были весьма оригинальными и содержали много нового материала, почерпнутого из последней научной журнальной литературы и характеризовались собственным взглядом на предмет.

Заняв в 1930 г. только что созданную кафедру общей физики, Вавилов хорошо понимал насколько важно и ответственно это назначение. Поэтому он оставил свою работу в Институте физики и биофизики, а также преподавание в Зоотехническом институте и полностью перенес свою научную и педагогическую деятельность в Московский университет. Здесь он становится профессором и избирается действительным членом Научно-исследовательского института физики при Московском университете.

В то время на физическом отделении работало много молодежи, не имевшей достаточного педагогического опыта. Поэтому одной из первоочередных задач была разработка единых программ лекционных курсов и составление развернутых заданий для лабораторных и семинарских занятий. С помощью наиболее опытных преподавателей отделения Вавилов разработал детальную программу общего курса физики. В 1932 г. она была подробно обсуждена и утверждена на Ученом Совете отделения. В своем докладе Вавилов дал глубокое обоснование структуры и содержания этой программы, учитывающей новейшие достижения физической науки. Докладчик продемонстрировал глубокую эрудицию во всех областях физики. Вавиловская программа в основных чертах просуществовала на физическом факультете более сорока лет.

Большое внимание Сергей Иванович уделял и планам проведения семинарских занятий, а также работе студентов в физических практикумах. Для координирования учебной работы всего коллектива он организовал регулярные заседания кафедры общей физики, где подробно обсуждались методические вопросы. Отныне все виды занятий по общему курсу физики велись по единому плану. Вавилов лично разработал даже вопросник для экзаменаторов по всему курсу общей физики.

При составлении программ учебных занятий Сергей Иванович исходил из того, что студент, прослушавший курс общей физики и получивший экспериментальную подготовку в практикуме, должен уметь вести преподавательскую работу и обладать достаточными экспериментальными навыками для работы в качестве младшего научного сотрудника в лаборатории научно-исследовательского института или в заводской лаборатории. Для осуществления этих очень серьезных требований необходимо было резко повысить уровень учебных занятий, ввести в программу разделы о новейших открытиях в физике, существенно улучшить постановку задач в практикуме с учетом последних достижений в области экспериментальной техники.

В 1926 г. профессор А.П. Соколов и К.П. Яковлев существенно обновили и расширили изданное в 1909 г. Соколовым первое руководство по физическому практикуму. В предисловии был отмечен большой вклад в эту работу сотрудников физико-математического факультета. В их числе находился и С.И. Вавилов. Впоследствии он реорганизовал и значительно обновил общий физический практикум, составил новый сборник описаний задач практикума и спроектировал ряд новых демонстрационных приборов для физического кабинета.

Большой оригинальностью отмечались и лекционные курсы Сергея Ивановича. В них много внимания уделялось методологическим проблемам, в частности вопросам, связанным с теорией относительности. Этому в немалой степени способствовала незадолго до этого (1928 г.) изданная им книга «Экспериментальные основы теории относительности»*. Лекции Вавилова пользовались неизменным успехом. По их окончании студенты засыпали его вопросами, а Сергей Иванович, никогда не спешивший покидать аудиторию, подолгу терпеливо отвечал на них.

Интересны воспоминания о деятельности С.И. Вавилова в этот период профессора И.А. Яковлева, который стал студентом математического отделения физико-математического факультета МГУ в 1929 г. На это отделение вместе с ним поступило около 40 человек. Преподаватель, читавший в то время курс общей физики, делал это довольно скучно, пересказывая широко распространенный в те годы учебник физики Гримзеля. Неудовлетворенные студенты вскоре перестали ходить на его лекции. С сентября 1930 г. курс общей физики (оптику) стал читать С.И. Вавилов. Все сразу резко изменилось. И.А. Яковлев говорил, что по глубине изложения и по новизне приводимого материала это был лучший лектор, которого он когда-либо встречал в жизни. Необычным было и то, что на первой же лекции Вавилов сказал, что если студенты хотят по-настоящему овладеть предметом, то они должны не ограничиваться усвоением лекционного материала, а глубоко изучать научную литературу. Он сразу же указал на ряд серьезных книг, с которыми было необходимо ознакомиться. В их числе был журнал «Успехи физических наук», а также книги «Оптика» М. Борна и «Оптика» П. Друде на немецком языке (в то время еще не существовало их русского перевода). Лекция произвела на студентов очень большое впечатление, и они с жаром принялись за работу.

С.И. Вавилов придавал очень большое значение экспериментальной подготовке студентов. Учитывая бурное развитие кафедр на физическом отделении, он выступил с инициативой создания с их помощью ряда специальных физических практикумов. Один из старейших профессоров факультета Г.В. Спивак вспоминал, что все сотрудники с большим энтузиазмом взялись за организацию своих разделов и не скупились на передачу практикуму приборов и оборудования из своих лабораторий. Вскоре идея Вавилова была воплощена в жизнь. Было создано несколько специальных практикумов, в которых проходили экспериментальную подготовку студенты старших курсов. Со временем эти лаборатории существенно расширялись и совершенствовались. В годы Великой Отечественной войны коллектив сотрудников физического факультета обобщил имеющийся опыт экспериментального обучения студентов старших курсов. Под руководством профессора Г.В. Спивака был создан двухтомный «Специальный физический практикум»*, который сыграл большую роль в подготовке многих выпусков физиков в нашей стране. Так своевременно высказанная Вавиловым идея оказалась чрезвычайно плодотворной и нашла широкое применение. Ныне трудно представить физический факультет МГУ без специальных физических практикумов, которые теперь организованы во многих других университетах страны.

По инициативе С.И. Вавилова и профессора В.И. Романова на кафедре общей физики было решено создать оригинальный задачник по физике, который удовлетворял бы высокому уровню требований, предъявляемых к будущим физикам. Был создан авторский коллектив, разработаны основные принципы, которые должны быть положены в основу нового задачника, а также составлено большое число новых оригинальных физических задач.

Наряду с лекциями С.И. Вавилова вел семинар и вместе с доцентом Е.С. Четвериковой – занятия в практикуме. По воспоминаниям доцента Г.А. Бендрикова, в практикуме Сергей Иванович до тонкостей знал каждую задачу, внимательно следил за работой студентов, давая им указания по ходу дела. Все студенты тщательно готовились к занятиям, так как, не понимая глубоко задания, у Вавилова работать было нельзя.

С весеннего семестра 1931 г. в МГУ был введен бригадный метод обучения. Лекции были отменены, а самостоятельному чтению учебников студентами предшествовали вводные беседы. С.И. Вавилову этот  странный метод с самого начала был не по душе, и он часто существенно увеличивал время на вводные объяснения. Уловка Вавилова была замечена, и его стали обвинять в том, что он под видом вводных бесед старается придерживаться старой лекционной системы. Приходилось изворачиваться и лукавить, пока бригадный метод не показал своей полной несостоятельности.

Сергей Иванович ввел практику написания студенческих рефератов. Он предлагал своим слушателям на выбор десять тем по оптике, среди которых были такие, как дисперсия света, фазовая и групповая скорости света, преобразования Лоренца, теория Бора и другие. Рефераты сдавались Сергею Ивановичу, который затем вызывал каждого студента в свою комнату на первом этаже факультета и, стоя за конторкой, устраивал подробный разбор его работы, отмечая удачные и слабые места и разъясняя свои многочисленные пометки на полях рукописи. Для этих разборов и консультаций у Сергея Ивановича были выделены специальные часы.

Профессор А.А. Власов вспоминал, что в 1929 году, будучи студентом третьего курса, он как-то посетил лекцию по оптике, которую Сергей Иванович читал для студентов четвертого курса. Власов увидел высокого красивого интеллигентного человека, который держался просто, доброжелательно и вместе с тем с большим достоинством. Материал он излагал очень ясно и последовательно.

Доцент Г.А. Бендриков вспоминал, что лекции Вавилова отмечались большой четкостью и сопровождались блестящими демонстрациями. При этом он никогда не увлекался выкладками, а стремился наиболее наглядно показать и объяснить существо явления. Сергей Иванович считал, что физик любой специальности должен хорошо знать эксперимент.

На факультете С.И. Вавилов быстро завоевал большой авторитет среди студенческой молодежи. Доцент Е.С. Четверикова вспоминала, что студенты возбудили ходатайство о введении в Учебный Совет трех лучших молодых преподавателей, которыми были С.И. Вавилов, А.С. Предводителев и С.Т. Конобеевский. Вскоре их желание было удовлетворено.

Большое значение имела и деятельность С.И. Вавилова на посту председателя предметной комиссии физического отделения Московского университета, который он занимал с 1930 по 1932 г. Эта комиссия была наделена большими правами и сочетала в себе функции современного деканата и методической комиссии. Здесь решались все вопросы учебного плана, определялся уровень требований на зачетах и экзаменах, состав предлагаемых кафедрами лекторов и т.д. В комиссию входили ведущие преподаватели и представители студенчества. Все решения принимались на основе тайного голосования.

Первоначально комиссию возглавлял профессор В.К. Аркадьев. Однако у него не получалось контакта со студентами, и вскоре на эту должность был избран С.И. Вавилов, а секретарем комиссии – бывший в то время студентом третьего курса Г.А. Бендриков. С приходом Вавилова все сразу изменилось. Сергей Иванович быстро наладил контакты со студентами, среди которых пользовался исключительным авторитетом и доверием и провел ряд мероприятий, имевших большое значение для совершенствования преподавания физики в университете. Им был сформулирован принцип экспериментального обучения студентов, положено начало созданию спецпрактикумов на факультете, пересмотрен учебный план, улучшен состав основных лекторов, налажен контакт со многими институтами и предприятиями, где студенты проходили практику, создана комиссия по ликвидации «хвостов» и т.д. Сергей Иванович горячо поддержал движение студентов по взятию социалистических обязательств, повышению успеваемости и улучшению качества подготовки специалистов.

Профессор Н.Н. Малов писал: «Впервые мне довелось увидеть Сергея Ивановича – тогда молодого преподавателя МГУ, на заседании «предметной комиссии» физической специальности – нечто среднее между кафедрой и учебно-методическим советом факультета. К 1924 г. в нее входили наряду с преподавателями и представители студенчества. Часть профессуры встречала нас студентов очень настороженно. Но Сергей Иванович с самого начала внимательно прислушивался к нашим высказываниям и относился к студентам вполне доброжелательно, впрочем, если мы предлагали что-либо, с его точки зрения, неразумное, он не стеснялся критиковать нас, но всегда делал это тактично, разъясняя нам, в чем мы не правы»*.

Своим добросердечием С.И. Вавилов привлекал к себе и коллег по работе. На кафедре Вавилова любили и, учитывая его слабое здоровье, очень берегли. Читая лекции, Сергей Иванович всегда очень сильно пачкался мелом. Тогда сотрудники завели для него специальную щетку. Он был очень прост и доступен для всех, и в особенности для лаборантского и обслуживающего персонала. С особой теплотой к нему относилась старая уборщица факультета В.Т. Тихомирова. Она всегда называла его «милый». Обращаясь к Сергею Ивановичу, она говорила: «Иди, милый, там тебя спрашивают».

С.И. Вавилов удивительно удачно умел ликвидировать возникающие по временам в коллективе конфликты. Поэтому его часто привлекали в качестве арбитра при разрешении различных споров. Сергей Иванович в шутку называл себя поэтому «главноуговаривающим».

Деятельность С.И. Вавилова на физическом факультете МГУ была столь плодотворной, что в июне 1931 г. в университетской многотиражке «За пролетарские кадры» была помещена заметка «Один из лучших», в которой было написано: «Сергей Иванович Вавилов проявил ударные темпы в своей работе на II курсе физического отделения. Безукоризненно дисциплинирован. Принимает самое активное участие в общественной и производственной жизни групп: методы преподавания, учебные планы и циклирование, подготовка к непрерывному производственному обучению. При содействии С.И. курс физиков один из первых перешел на лабораторный метод занятий. Тов. Вавилов в своей работе как преподаватель упрочивал этот метод и старался дать максимальную эффективность вводными беседами, пояснениями всей группе наиболее трудных пунктов, повседневным руководством бригадами и своевременной сигнализацией отстающим. Как представитель производственной комиссии С.И. проявил большую энергичность в деле проработки профилей специальностей и учебных планов и по улучшению работы»** Текст заметки очень типичен и характеризует дух времени. В нем конечно не отражено истинное отношение С.И. Вавилова к «Бригадно-лабораторному методу».

Профессор К.П. Белов учился в группе, где занятия проводил Сергей Иванович. Он рассказывал, что студенты были в восторге от своего преподавателя. Они по собственной инициативе устроили собрание группы и выдвинули Вавилова для представления к только что введенному почетному званию «профессор-ударник». Студенческая инициатива была поддержана, и в октябре 1931 г. было принято решение о присуждении С.И. Вавилову этого звания. В университетской многотиражке был помещен его портрет и новая статья под заголовком «Первый профессор-ударник», где, в частности, говорилось: «В летнее время Сергей Иванович провел большую работу по постановке специального и общего физпрактикумов. К началу занятий им написана лучшая программа по общей физике. А теперь пишет он 4 учебника и дал обязательство выпустить их к началу 1932 г.

Премирован т. Вавилов на вузслете грамотой ударника, премией в 200 руб. и заграничной командировкой»*.

Грамоту и деньги Вавилов получил, а вот завершить работу по написанию учебников не удалось. Этому помешали его избрание в Академию наук и переезд в Ленинград. По этим же причинам Вавилов не смог воспользоваться заграничной командировкой. Однако проделанная работа не пропала даром, так как собранные им задачи широко использовались преподавателями физического факультета МГУ вплоть до начала отечественной войны.

Большую заботу Вавилов проявлял и об укреплении преподавательского коллектива физического факультета. Так, в частности, он являлся одним из инициаторов приглашения в 1925 г. в университет профессора Л.И. Мандельштама и тем самым способствовал созданию на физическом факультете МГУ его знаменитых оптической и радиофизической школ.

С.И. Вавилов был организатором и первым руководителем оптической специальности. Для преподавания он привлек не только ученых, работавших на физическом факультете, но и ряд крупных специалистов из промышленности и отраслевых научно-исследовательских институтов. Так лекции по прикладным вопросам оптики читали профессор А.П. Иванов (технический директор Московского электролампового завода), профессор С.О. Майзель (руководитель светотехнической лаборатории Всесоюзного электротехнического института), старший научный сотрудник того же института, в будущем Герой Социалистического Труда, дважды лауреат Сталинской премии, член-корреспондент АН СССР, П.В. Тимофеев и ряд других.

Сергей Иванович считал, что физик-оптик должен иметь большие познания в электронике. Поэтому в учебный план специальности «Оптика» были включены соответствующие курсы, которые читали крупные ученые физического отделения МГУ – профессора Н.А. Капцов, С.Д. Гвоздовер и др.

Сергей Иванович энергично налаживал связи факультета с производственными предприятиями и с Всесоюзным электротехническим институтом. В заводских лабораториях и в лабораториях института студенты-физики проходили производственную практику, что способствовало быстрому улучшению их экспериментальной подготовки. Стремление связать обучение в университете с техникой и производством было характерной чертой деятельности Сергея Ивановича Вавилова.

О педагогическом методе работы Сергея Ивановича и его общении со своими учениками вспоминал и профессор В.С. Фурсов. В 1929-1930 гг. он был студентом 3-го курса физико-математического факультета МГУ. В это время Вавилов начал читать курс «Физической оптики», предназначенный для студентов 4-го курса. Вместе с тем он приветствовал появление на своих лекциях и студентов младших курсов (обучение занимало тогда 4 года). Среди третьекурсников, посещавших лекции Вавилова, были, кроме Фурсова, будущие крупные ученые профессора А.А. Власов и С.Л. Мандельштам. На 4-м курсе в это время учились будущий член-корреспондент АН СССР Д.И. Блохинцев, будущий нобелевский лауреат И.М. Франк и другие.

Свой курс Сергей Иванович вел необычным образом. Он не только сам читал лекции, но и требовал активного участия в работе студентов. Вавилов раздавал им темы, указывая литературу, и заставлял делать доклады. При этом с самого начала он требовал от них большой самостоятельности. Так В.С. Фурсову Сергей Иванович предложил сделать доклад о принципе Гюйгенса-Френеля. Для этого он принес ему собственную книгу – «Оптику» Друде на немецком языке. Фурсов был очень смущен этим и робко сказал Сергею Ивановичу, что не знает немецкого языка. В ответ Вавилов сказал: «Вот и настал подходящий случай, чтобы начать его изучение. Берите словарь и переводите». Труда Фурсов затратил очень много, но соответствующую главу из Друде перевел и в конце стал делать явные успехи в немецком языке. Каждый студенческий доклад Вавилов затем подробно комментировал.

Подобный случай вспоминал другой аспирант Вавилова профессор Н.А. Добротин: «Мне надо было ознакомиться с опытами, выполненными с камерой Вильсона, чтобы самому создать подобную установку. Сергей Иванович рекомендовал мне тщательно проштудировать статью П. Оже из «Annales les Physiue». С трудом отыскав статью, я к огорчению обнаружил, что она написана на французском языке, которого я совсем не знал. Смущенный, я пришел к Сергею Ивановичу, надеясь, что он порекомендует мне какую-нибудь другую статью на немецком или хотя бы на английском. Не тут-то было. Сергей Иванович сказал, чтобы я взял словарь и искал в нем каждое слово. Его «совсем не беспокоит, сколько времени я потрачу на первые страницы (хоть целые сутки на страницу), но обязательно работайте сами, потом дело пойдет все быстрее и быстрее». Надо ли говорить, что этот урок я запомнил на всю жизнь. И как переплетается с этим воспоминание о том, как забеспокоился Сергей Иванович, когда в один из зимних дней он увидел у меня на улице и посчитал, что я «слишком легкомысленно» одет для стоявшей в тот день погоды»*.

Это дополняется воспоминаниями профессора А.А. Власова, который рассказывал, что в 1930 г. он попал в только что организованную так называемую группу «выдвиженцев», которые должны были готовиться к будущей научной и педагогической деятельности в высшей школе. После этого Власов был вызван для беседы в лабораторию к Вавилову. В беседе поднимались вопросы об интересах студентов старших курсов к конкретным проблемам физики и математики. Сергей Иванович говорил, что, по его наблюдениям интересы студенческих лет очень важны, так как часто определяют будущую судьбу работника. В заключение он дал строгое наставление: «Обязательно овладеть хотя бы одним иностранным языком, чтобы свободно читать и изучать физическую и математическую литературу. В противном случае природные задатки сотрудника не могут должным образом развиваться».

В 1931 г. С.И. Вавилов вел общий курс физики, одновременно занимаясь с некоторыми из «выдвиженцев», готовя их как будущих лекторов этого курса. Каждому из преподавателей он поручал разработку определенной темы и затем скрупулезно анализировал подготовленный к лекции материал, требуя даже указания расположения рисунков и формул на доске.

Лекции читались «выдвиженцами» вместо Сергея Ивановича, но в его присутствии (каждый читал по одной – две лекции). Затем следовал детальный разбор лекции с указанием всех замеченных промахов и недостатков. Вспоминая об одной из таких бесед, А.А. Власов рассказывал, что ему особенно запомнился один общий совет Сергея Ивановича, который говорил: «Лектор должен быть заинтересован и даже воодушевлен темой. Этому может способствовать его личный вклад в тему. Пусть этот вклад будет даже малым, скажем, относиться только к методической стороне дела. Все же он может внести свежую струю и окрасить лекцию».

Большое внимание Сергей Иванович уделял работе с дипломниками и аспирантами. Приходившие в голову темы для их работ он записывал в большую записную книжку, которую всегда носил при себе, при необходимости вынимал, листал и останавливался на том или ином вопросе.

Осенью 1931 г. Сергей Иванович взял к себе в аспирантуру только что окончившего МГУ В.С. Фурсова и предложил ему экспериментальную работу по теме «Исследование явления концентрационной деполяризации флуоресценции в парах». Василий Степанович вспоминал, что с самого начала работы Вавилов уделял ему очень большое внимание. Он указал всю необходимую литературу и посоветовал досконально изучить монографию П. Прингсгейма по люминесценции. Оказалось, что эту книгу очень трудно достать. Тогда Сергей Иванович сам помог выписать ее из Германии.

Когда в 1931/32  учебном году на созданном физическом отделении Вавилов начал читать общий курс физики, из числа аспирантов факультета он выбрал себе ассистентов, которые помогали ему готовить лекционные демонстрации и вести семинарские занятия в студенческих группах. Среди них были будущие профессора факультета В.С. Фурсов, А.А. Власов, С.П. Стрелков, а также два их более старших товарища М.А. Дивильковский и М.И. Филиппов (оба потом погибли на фронте в годы Великой Отечественной войны).

Перед занятиями Сергей Иванович регулярно собирал своих молодых коллег, обсуждал с ними лучшие задачи по физике и сам их часто придумывал. Каждого из своих помощников он заставлял читать одну пробную лекцию. Об этой лекции сообщалось заранее, чтобы ассистент мог хорошо подготовиться. Предварительно Вавилов требовал представления подробного плана лекции, который затем во всех деталях обсуждал (включая демонстрации, которые следовало показать). На этих лекциях Сергей Иванович присутствовал сам вместе с остальными ассистентами. Лекции затем подвергались детальному, но очень тактичному разбору. Так С.И. Вавилов приучал своих учеников к самостоятельности, прививая им педагогические навыки.

Сергей Иванович был горячим сторонником развития научного общения между учеными во всех возможных формах. Он всегда приветствовал организацию научных семинаров, коллоквиумов и совещаний и сам принимал в них активное участие. При этом он считал обязательным привлекать на эти собрания студентов и начинающих научных сотрудников, которые, участвуя в дискуссиях, проходили хорошую школу, приучаясь к самостоятельному мышлению.

В августе 1928 г. был созван VI съезд русских физиков, в работе которого принимало участие более 400 человек. На съезд приехало более двух десятков зарубежных ученых из Германии, Англии, Америки, Франции, Голландии, Польши и Чехословакии, среди которых были Борн, Бриллюен, Дебай, Дирак, Ланде, Льюис, Поль, Прингсгейм и другие видные физики. Советская страна была представлена многими крупными физиками, в числе которых был и С.И. Вавилов.

Сергей Иванович принимал самое деятельное участие в организации и проведении всех мероприятий, связанных со съездом. Он был назначен секретарем его организационного комитета и приложил много усилий для обеспечения успешной работы съезда. На съезде Вавилов выступил с двумя докладами: «О возможных пределах применения оптического принципа суперпозиции» и, совместно с М.А. Леонтовичем, «К теории тушения флуоресценции».

Съезд прошел с большим успехом. На нем было заслушано около 200 докладов. Он послужил толчком для развития исследований в области физики в нашей стране.

В Московском университете С.И. Вавилов начал создавать свою научную школу. Он систематически приобщал студентов старших курсов к научной работе. Таким образом выделялись наиболее одаренные, и многие из них затем становились его сотрудниками. За короткое время Сергею Ивановичу удалось создать в университете сильную группу молодых талантливых физиков, многие из которых стали впоследствии крупными учеными. Именно в этот период в лаборатории Вавилова начали работать будущие доктора наук Е.М. Брумберг, Б.Я. Свешников (возглавил Вавиловскую лабораторию люминесценции в Государственном оптическом институте после смерти своего учителя), И.М. Франк (впоследствии академик и лауреат Нобедевской премии), В.С. Фурсов (активный участник советской ядерной программы, трижды удостоенный звания лауреата Сталинской премии, многолетний декан физического факультета МГУ) и А.А. Шишловский (заведующий кафедрой оптики Киевского университета).

Совместно со своими учениками Вавилов выполнил в университете ряд интересных и важных работ: с И.М. Франком определил величину сферы действия при тушении люминесценции посторонними веществами; с Е.М. Брумбергом разработал новый люминесцентный метод проверки законов вращательного броуновского движения молекул; с А.А. Шишловским начал изучение природы тушения люминесценции посторонними примесями.

В 1931 г. научные достижения Сергея Ивановича Вавилова получили общественное признание – он становится членом-корреспондентом АН СССР. В следующем, 1932 г., в возрасте 41 года Вавилов по представлению академиков А.Н. Крылова и Л.И. Мандельштама, был избран академиком. Это событие оказало очень большое влияние на всю последующую жизнь Сергея Ивановича. Вскоре ему было поручено возглавить крупнейшее советское оптическое учреждение, созданного трудами академика Д.С. Рождественского – Государственный оптический институт (ГОИ), расположенный в Ленинграде. В силу ряда обстоятельств Д.С. Рождественский снял с себя руководство институтом и предложил кандидатуру Вавилова вместо себя на пост научного руководителя (заместителя директора по научной части) ГОИ. Сергей Иванович принял это предложение и вынужден был переехать в Ленинград.

Согласно приказу №44 от 14 сентября 1932 г. С.И. Вавилов был освобожден от заведования кафедрой общей физики физического отделения МГУ и ему была объявлена благодарность*.

Московский университет с огромным сожалением расстался с С.И. Вавиловым. Вот что писал декан физического отделения Б.М. Гессен в своем приказе от 16 сентября 1932 года: «В связи с уходом С.И. Вавилова из МГУ считаю необходимым отметить исключительные заслуги С.И. Вавилова в деле организации и руководства преподаванием курса физики. Во врем работы в качестве зав. Кафедрой и профессора физики т. Вавилов добился значительного повышения качества преподавания как в отношении практического лабораторного обучения, так и в отношении лекций и семинаров. Под руководством т. Вавилова значительно расширен общий физический практикум и созданы два новых практикума – специальный физический и ремиссионный.

Специальный практикум, возникший по инициативе С.И.Вавилова и выросший благодаря его заботам, превратился в единственное в своем роде учреждение огромного значения.

Заслуги Вавилова С.И. в области подготовки кадров физики отмечены многократным премированием С.И. Вавилова как образцового ударника»**.

Уйдя с физического факультета МГУ, Сергей Иванович Вавилов не утратил с ним связи. Он часто приезжал в Москву и всегда живо интересовался его работой. В частности, он очень многое сделал для того, чтобы погасить многолетнее противостояние между университетскими и академическими физиками.

Дальнейшая деятельность С.И. Вавилова была впечатляющей. Он в течение 29 лет (1932-1951) успешно руководил работой ГОИ, носящим ныне его имя. Создал и руководил работой Физического института АН СССР им. П.Н. Лебедева (1932-1951), 13 лет (1938-1951) был членом Президиума АН СССР, избирался президентом АН СССР (1945-1951). Во время войны был уполномоченным Государственного комитета обороны страны по оптической промышленности. Его научные заслуги четырежды отмечались Сталинскими премиями. Он был награжден двумя орденами Ленина и орденом Трудового Красного знамени.



* Летопись Московского университета (1755-1952), т. I, изд-во МГУ, с. 341, 2004.

* Вавилов С.И. Экспериментальные основы теории относительности. М.; Л.; Госиздат, 1928, с. 168.

* Специальный физический практикум. М.; Л.; ГИТТЛ, 1945, т. I, 279 с.; т. 2, 264 с.

* Н.Н. Малов, Несколько слов о Вавилове // Сергей Иванович Вавилов: (очерки и воспоминания). 3-е изд., М.: Наука, 1991, с. 185.

** Один из лучших // За пролетарские кадры. 1931, 12 июня.

* Первый профессор-ударник // За пролетарские кадры, 1931, 19 декабря.

* Добротин Н.А. Воспоминания об учителе // Сергей Иванович Вавилов. (Очерки воспоминания), 3-е изд. М.; Наука, 1991, с. 252-253.

* В вопросе отчисления С.И. Вавилова из МГУ имеется известная неопределенность, так как существует документ, согласно которому он руководил кафедрой до 1934 г., периодически наезжая из Ленинграда в Москву. Последняя версия представляется менее вероятной.

** Архив МГУ. Ф. З. Оп. 92 Ед. хр. 80.

 13.12.2010 


Контакты